Тверская область, с её богатейшим культурным наследием, сегодня стоит на перепутье. С одной стороны, она обладает уникальными памятниками архитектуры мирового значения, а с другой — сталкивается с депопуляцией и разрушением исторических объектов. Эта статья исследует, как интерес горожан к жизни на природе может стать ключом к спасению древних храмов и усадеб, а также к оживлению умирающих деревень.
На фото: Церковь Святых Апостолов Петра и Павла в селе Переслегино — один из многих памятников, нуждающихся в спасении.
Пандемия коронавируса стала неожиданным катализатором: она вынудила многих жителей мегаполисов попробовать жизнь за городом. Хотя ограничения давно сняты, вкус к жизни на природе у многих остался. Однако этого пока недостаточно, чтобы остановить упадок сельских территорий. Население Тверской области за последние десятилетия сократилось с 2.6 до чуть более миллиона человек, причём большинство сконцентрировано в городах. На фоне этого запустения продолжают разрушаться уникальные церкви и дворянские усадьбы, построенные лучшими русскими зодчими. Государство часто не имеет ресурсов для их восстановления, но надежда есть — она связана с новыми жителями, которые могут вдохнуть в эти места вторую жизнь.
1. Сокровища, скрытые в глуши
Между Москвой и Санкт-Петербургом раскинулось «зелёное море» Тверской земли, хранящее неисчислимые культурные богатства. В 2023 году исторический центр Торжка с окружающими усадьбами и храмами был включён в предварительный список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Это не просто статус, а шанс на внимание, престиж и приоритетное финансирование для реставрации памятников. Однако эта важная новость осталась почти незамеченной. Мы просто не осознаём масштаб сокровищ, которые зарастают лесом в тверской глубинке.
«Для меня Москва и Петербург — окрестности Торжка», — с горькой иронией замечает историк-краевед Денис Ивлев. Как и многие его сверстники, он уехал учиться и работать в большой город, но в итоге вернулся. Причина проста: отсюда удобно добираться до столичных архивов, а качество жизни — выше. Денис участвует в проекте «Шедевры русской деревни» фонда «Белый ирис», который стремится привлечь внимание к красотам и проблемам региона.
2. Дорога, давшая жизнь и отнявшая её
Процветание этих земель исторически было связано с Государевой дорогой — трактом, соединявшим две столицы. Она дала толчок местной экономике: здесь строились постоялые дворы, трактиры, процветала торговля. Яркий пример — история Дарьи Пожарской, прославившейся своими котлетами, которые любил сам Пушкин. Разбогатев, она построила каменную гостиницу, но с появлением Николаевской железной дороги в 1851 году, прошедшей в стороне от Торжка, её бизнес пришёл в упадок.
Сегодня скоростная трасса М-11 также не способствует оживлению придорожных территорий — машинам не нужны частые остановки. «Люди в основном проезжают по этим дорогам транзитом: Москва и Петербург высасывают людей из Твери», — констатирует Денис Ивлев. При этом сам Торжок — вполне живой город с промышленностью и инфраструктурой, но уникальные памятники в его окрестностях продолжают разрушаться.
3. Наследие русского Леонардо
Особую ценность региону придают творения Николая Львова — архитектора-самоучки, «русского Леонардо». Изучая труды Андреа Палладио, он построил в тверской глубинке множество изящных храмов и усадеб, которые и легли в основу заявки в ЮНЕСКО. Сегодня его родовое имение Никольское-Черенчицы представляет собой печальное зрелище: усадебный дом утрачен, парк зарос, сохранилась лишь изящная ротонда-усыпальница.
Однако не всё так безнадёжно. В соседнем селе Василёво, где также жили родственники Львова, сейчас располагается архитектурно-этнографический музей. Знаменитый валунный мост работы Львова стал местом паломничества туристов и даже кинематографистов (здесь снимали «Ночной дозор»). Территория ухожена, проводятся фестивали, а земля вокруг стоит дорого — таков спрос на жизнь с видом на историю и природу.
4. Руины в лесу и чудо спасения
В глухом лесу, в 60 километрах от Торжка, стоит Владимирская церковь в Горницах — ещё одно творение Львова, построенное для рода Беклемишевых. Добраться сюда непросто, а вид храма удручает: крыша обрушилась, кирпичная кладка осыпается. Казалось, памятник обречён. Но произошло чудо: церковь внесли в федеральную программу сохранения культурного наследия. Это не полноценная реставрация, а консервация — работы по укреплению, которые позволяют выиграть время для будущего спасения.
Рядом с храмом живёт молодая семья из Петербурга — дачники, которые каждое лето приезжают с детьми. Их привлекает тишина, природа и сама атмосфера места, несмотря на бытовые трудности и проблемы с мародёрами, растаскивающими исторические здания на стройматериалы.
5. Новые жители — новая жизнь
История Павла и Алины — типичный пример «возвращенцев». Сбежав из Москвы в деревню во время пандемии, они купили старый дом конца XIX века и теперь мечтают создать здесь гостевую усадьбу для любителей истории и природы. Интернет, обеспечиваемый спутниковой антенной, позволяет работать удалённо, а вокруг — фантастические закаты и река.
«Жизнь здесь кипит!» — утверждает Алина. Фестивали, деревенские праздники, походы — скучать не приходится. Их сосед Ваня, вернувшийся после 15 лет жизни в Петербурге, согласен: если человеку не нужна ежевечерняя культурная программа большого города, то в деревне жить лучше. Правда, пока из его уехавших сверстников вернулся только он.
6. Шанс на возрождение: туризм и удалённая работа
Глава Торжокского района Елена Хохлова видит потенциал в развитии туризма. Увидев разрушающиеся храмы, туристы часто спрашивают: «Почему власти ничего не делают?» Ответ сложен: многие объекты являются собственностью Церкви, и бюджетные средства на их реставрацию напрямую выделить нельзя. К тому же, восстановление памятника архитектуры — крайне дорогое удовольствие из-за множества нормативов и необходимости привлекать лицензированных специалистов.
Однако есть и позитивные сдвиги. В сёлах появляются новые жители — не по прописке, а по факту. Они покупают дома, сначала приезжают на лето, а потом остаются насовсем. Возможность удалённой работы делает этот сценарий реалистичным. Чтобы удержать людей, нужна не только красота, но и инфраструктура: газ, дороги, медицина. Решение этой задачи требует комплексных мер на государственном уровне.
7. Цена истории и роль меценатов
Как отмечает Денис Ивлев, законы о сохранении наследия сами по себе разумны, но их исполнение упирается в финансы. Простая замена крыши на обычном здании может стоить 1.5-2 миллиона рублей, а на памятнике архитектуры та же работа из-за бюрократических и технических требований обойдётся в 20-30 миллионов. Местным бюджетам такие суммы не под силу.
Поэтому часто последней надеждой становятся меценаты и фонды. Например, фонд «Белый ирис» взял под опеку Петропавловскую церковь в Переслегине. За год удалось провести противоаварийные работы и расчистить территорию. Следующий этап — создание дорогостоящего проекта реставрации, который обойдётся минимум в 5 миллионов рублей только за бумаги и исследования. «Укрепить его еще на сто лет – это реально!» — с надеждой говорит директор фонда Ольга Шитова.
Тверская земля сегодня — это не просто территория с печальными руинами. Это место, где переплетаются прошлое и будущее. Древние храмы ждут своего спасителя, а полузаброшенные деревни — новых жителей. Возрождение возможно через симбиоз: интерес горожан к экологичной жизни, развитие внутреннего туризма, удалённая работа и системная поддержка со стороны государства и общества. Только так мы сможем сохранить для потомков «шедевры русской деревни».
Больше интересных статей здесь: Новости.
Источник статьи: Чем встречает горожан тверская земля и как найти спасение древним русским храмам.