Кгб против мвд

В конце 19 7 0 -х — начале 1980-х не было в Союзе более острого внутреннего противостояния, чем «незримый бой» между чекистами и милиционерами.

Политический статус и вес председателя КГБ СССР Юрия Андропова был несоизмеримо выше, чем у его милицейского соперника Николая Щелокова. Андропо был членом Политбюро, возглавлял одну из двух сильнейших спецслужб мира, слыл самым тонким интеллектуалом партии. Зато Николай Щелоков умело пользовался давней дружбой с Брежневым.

ВЗЛЕТ ЩЕЛОКОВА

Щелоков и Брежнев крепко сошлись еще в начале 1950-х, в Молдавии, ког­да Леонид Ильич возглавлял эту южную республику. А знакомы были с довоен­ных времен: оба работали и учились в Днепропетровске. В 1950 году Брежнев стал первым секретарем Молдавской ССР, хозяином республики. Вскоре он перевел в Кишинев Щелокова, назна­чил его первым заместителем предсе­дателя республиканского Совета мини­стров. Брежнев ценил деловые качества Щелокова и поручал ему важнейшие задания.

Когда в 1964 году Брежнев возглавил страну, Щелоков еще работал в Молда­вии. В 1966-м Леонид Ильич перевел его в Москву и сразу доверил старому приятелю Министерство внутренних дел, хотя Николай Анисимович никог­да не служил в милиции, а по образо­ванию был инженером-металлургом.

Брежнев не прогадал. Щелоков быстро разобрался в хитросплетениях МВД. Он удержался на посту министра рекорд­ные 16 лет, и это были не худшие годы в истории ведомства.

Да, он любил красивую жизнь. Но при этом не был примитивным стяжа­телем и коррупционером. Именно Ще­локов, проинспектировав советские тюрьмы, заговорил об их ном состоянии и приказал снабдить канализацией и средствами гигиены.

Щелоков рекомендовал Брежневу тонь­ше работать с диссидентами. Он считал, что их нужно издавать в СССР, но с цен­зурными купюрами. И платить им всем, включая Александра Солженицына, вы­сокие гонорары. Значимые выплаты за­ставили бы Солженицына хотя бы отча­сти примириться с советской властью.

Пожалуй, это был куда более здравый сценарий, чем реализованный на прак­тике, благодаря которому Солженицын превратился в эмигранта, ведущего борьбу против СССР из далекого Вер­монта (США).

БОРЬБА ЮРИЯ АНДРОПОВА

Андропов старался не допускать ОБХСС (который, естественно, под­чинялся Щелокову) до расследования крупных экономических преступлений, особенно когда нити коррупции вели к секретарям ЦК. Так было и с рассле­дованием преступлений в крупнейших московских магазинах («Океан», «Елисе­евский»), и с первыми всполохами буду­щего резонансного Узбекского дела.

Основания у Андропова имелись: сотрудника КГБ было гораздо сложнее «купить», чем представителя доблест­ной милиции. Юрий Владимирович то и дело докладывал Брежневу о повальных «нарушениях социалистической закон­ности» в ведомстве Щелокова. Николай Анисимович отбивался. Обвинить Ан­дропова в непрофессионализме он не мог. Поэтому, по старой дружбе беседуя с Брежневым, напирал на склочный ха­рактер Андропова, на его склонность к интригам. Брежнев кивал, еле заметно улыбаясь, ведь председатель КГБ сооб­щал ему и о «мерседесах» Щелокова, и о его любви к антиквариату, а заодно и о том, что пристрастия министра МВД кос­венно компрометируют и генерального секретаря. Это Брежнев и сам понимал, но старого друга берег: пока Леонид Ильич оставался в строю, лично верный ему Щелоков не покидал министерского кресла.

УБИЙСТВО СПЬЯНУ

Пик противостояния МВД и КГБ при­нято связывать с трагическими собы­тиями 26 декабря 1980 года. Накануне Нового года майор КГБ Вячеслав Афа­насьев на метро возвращался домой, везя в портфеле продовольственный паек: коньяк, колбасу, рыбные консервы, конфеты. Он проспал свою остановку и оказался на конечной станции — «Жда­новской» (ныне «Выхино»), где привлек внимание сотрудников линейного от­деления милиции. Под видом проверки документов они затащили майора в свою комнату, там ограбили и избили. Афана­сьев предъявлял им свое удостовере­ние, прекрасно зная, что задерживать сотрудников КГБ милиционерам стро­жайше запрещено. Но накануне Нового года все орлы из линейного отдела были вдребезги пьяны и не задумывались о последствиях. Правда, они доложили о случившемся своему начальнику Бори­су Барышеву. Тот немедленно прибыл в отделение, увидел избитого майора КГБ и понял, что дело пахнет керосином.

Интересное: Дмитрий Солнцев, Азербайджанский военнослужащий.Погиб в сражениях против оккупационной армии Армении..

Ба­рышев решил инсценировать бытовое убийство. Афанасьева убили, а труп вы­везли в район дачного поселка Пехорка, где жили сотрудники КГБ...

Следствие, проходившее под патро­нажем КГБ, длилось более года. Четве­рых милиционеров, включая Барышева, расстреляли, десяток соучастников по­садили «далеко и надолго». Щелоков пытался сгладить ситуацию, наладив отношения с Лубянкой, но непреклон­ный Андропов воспользовался громким убийством для «чисток» в МВД.

ОТСТАВКА С СУИЦИДОМ

Ровно через месяц после смерти Брежнева новый генеральный секретарь ЦК КПСС — Андропов — снял Щелокова с должности безо всякого почета. Аук­нулось министру убийство на «Жданов­ской»! Это было в декабре 1982 года, а в феврале 1983-го покончила с собой жена Щелокова, почувствовавшая, что кой дело не ограничится. Уже раскру­чивалось самое громкое со сталинских времен антикоррупционное дело в МВД.

Например, выяснилось, что из бюджета министерства под видом обслуживания спецобъектов было незаконно израсхо­довано свыше 60 000 рублей. Эти деньги пошли на содержание девяти квартир, в которых в основном проживали род­ственники и знакомые Щелокова, вклю­чая личного портного. Любопытно, что самого Щелокова при жизни Андропова на допросы не вызывали. Его просто иг­норировали...

Похоронив жену, Николай Анисимо­вич жил мрачно и одиноко. Обыски в его квартире начались уже после смерти его извечного соперника. Новый генераль­ный секретарь — Константин Черненко — решил продолжить антикоррупционные дела Андропова. Щелокова исключили из партии, лишили всех орденов, кроме фронтовых... 13 декабря 1984 года бывший ми­нистр, надев парадный мундир с награ­дами, застрелился у себя на даче из охот­ничьего ружья. В предсмертной записке, адресованной генеральному секретарю, он попросил оградить от преследований семью и добавил: «Прошу вас, не допу­скайте разгула обывательской клеветы обо мне, этим невольно будут поносить авторитет руководителей всех рангов, а это в свое время испытали все до прихо­да незабвенного Леонида Ильича. Спаси­бо за все доброе. Прошу меня извинить.

С уважением и любовью — Н. Щелоков».

На обеденном столе бывший ми­нистр оставил 420 рублей и записку для зятя с просьбой заплатить за газ и свет на даче и рассчитаться с прислугой. По­сле этого на несколько лет имя Щелокова стало в СССР символом злоупотребле­ний. Справедливо ли? История всегда ищет козлов отпущения. Наверное, это закономерный процесс. План Андропо­ва по очищению руководящих кадров от вируса коррупции вскоре свернули. При Горбачеве в стране задули совсем иные ветра...



ПЕРЕД РАСПАДОМ

Вражда двух важнейших силовых ведомств внесла немалый вклад в рас­шатывание советского общества. «Паны дерутся — у мужиков чубы трещат» — эта старая поговорка оказалась верной и для 1980-х. До народа доходили отры­вочные слухи и об убийстве Афанасьева, и об отставке и самоубийстве Щелоко­ва. Но эта молва не добавляла автори­тета власти. В народе уже не верили ни в милицию, ни в доблестные органы гос­безопасности. По крайней мере, верили все меньше и меньше. Так и распадают­ся империи.

Интересное еще здесь: Политика.

Кгб против мвд.





Закрыть ☒